|
Виктор
РОДИОНОВ (Кентукки)
ИНДИАНА, 64-Я WEST
Одни мои знакомые - большие
любители путешествий - сетуют: за десять лет в  Америке они своим
автомобилем, самолетами и поездами побывали в 48 штатах; все, что
можно увидеть в стране, - увидено, и все интересное теперь только за
пределами США. Что говорить: это не Европа, где "каждый камень
историей дышит", а, увы, страна-младенец. Поначалу у меня был точно
такой же евро-снобистский подход к Америке, но несколько лет
журналистской работы, знакомство с городами и весями нашего штата
Кентукки, перевернули мои представления об историческом
"младенчестве" страны. История здесь на каждом шагу, только надо
проявить немного энергии и любопытства, и она откроется тебе в любом
графстве и городе - ткни в произвольную точку карты и обязательно
найдешь там что-нибудь интересное, чего нет в других местах.
Раскрываю карту штата и наугад останавливаюсь на 65-й
интерстейт.
Пересечь штат Кентукки с севера на юг по 65-й можно за
два-три часа, если нигде не останавливаться, а если да, не хватит
нескольких недель. Пройдемся пунктиром по самым примечательным
местам. Точка отправления - Луисвилл, город Мохаммеда Али,
кентуккских дерби и самых больших в мире фейерверков. В двадцати
милях на юг - Форт Нокс: одна из самых больших в стране воинских
частей, танковый музей генерала Паттона, хранилище золотого запаса
США. Бардстаун - в городке на семь тысяч жителей свыше трехсот (!)
достопримечательностей, в его окрестностях изготовляют две трети
мирового производства бурбона, а мюзикл "История Стивена Фостера"
идет на сцене местного театра пятый десяток лет без перерыва и при
неизменном аншлаге!
Элизабеттаун и его округа - линкольновские места, здесь
родился и провел детство будущий президент Соединенных Штатов. Чуть
в стороне Перривилл - мемориал одной из самых ожесточенных битв
Гражданской войны. Комплекс Мамонтовых пещер - самых длинных в мире
- тянется под и вдоль хайвея на десятки миль. Чтобы обойти их, надо
посвятить этому занятию минимум неделю-две. На поверхности море -
развлечений - от конных прогулок до "кентуккской Австралии", где
можно побросать бумеранг, пообщаться с кенгуру и съесть гамбургер из
страусятины. Боулинг Грин - родина культовых автомобилей, Мекка
владельцев "Корветов" со всего мира...
Со
временем мы с женой все чаще стали поглядывать через реку Огайо - от
нас достаточно переехать мост - и ты уже в Индиане. Луисвилл с южной
Индианой связывает 64-й хайвэй, и мы по этой дороге, иногда уходя
чуть в сторону, по уик-эндам знакомимся с соседним штатом. Чаще
всего, это однодневные поездки; ездим в разное время года, и в
каждом есть своя прелесть - природа здесь удивительно
красива.
КАЗИНО, БИЗОНЫ,
ЛИНКОЛЬН И САНТА-КЛАУС
64-я
West идет через Луисвилл и вдоль реки Огайо пересекает весь юг
Индианы. Жить на стыке двух штатов иногда полезно и выгодно. Мы
ездим на ту сторону на знаменитую в наших краях Huber Farm за свежей
клубникой и яблоками, попить сидр или чего-нибудь покрепче из
закромов фермерской винокурни, покататься на лыжах на местном
"альпийском курорте" Паоли Пик; для жителей индианских городов
Нью-Олбани и Кларксвилл миллионный кентуккский Луисвилл - главный
работодатель и своего рода "столица", где всегда можно найти
развлечения на все запросы и вкусы.
Но
зато на том берегу есть то, чего в Кентукки никак не может быть - в
нашем пуританском штате запрещены азартные игры. Запрет абсурдный,
если у всех наших соседей - в Индиане, Огайо, Теннеси, Иллинойсе -
процветают игорные бизнесы, и для посещения тамошних казино от
кентуккцев не требуют визы.
Строительство самого крупного в мире плавучего казино
"Цезарь" аккурат напротив Луисвилла вызвало у кентуккских властей
скрежет зубов и правовой зуд. Смех смехом, но штаты в Америке имеют,
кроме сухопутных, еще и водные границы. Генеральный прокурор нашего
штата грозно заявил: если "Цезарь" зайдет в кентуккские
территориальные воды, развратное судно будет немедленно захвачено.
Наверное, держась от греха подальше, "Цезарь", подобно легендарной
"Авроре", стоит на "вечном приколе".
До
"Цезаря" мне довелось поиграть в казино всего два раза в жизни: в
индейской резервации в Аризоне и миссисипской Тунике. Индейцам я
проиграл сорок долларов и, наверное, поэтому казино мне не
понравилось: огромный, неуютный ангар и безалкогольное пиво за свои
кровные. Туника оказалась более гостеприимной. Бесплатная ночь в
отеле, куча купонов на бесплатные завтраки, телефонные звонки,
жетоны; алкоголь без всяких лимитов и абсолютно free - такая
заботливая атмосфера вызывает творческий настрой: я выиграл долларов
восемьдесят, чуть не сорвал "джек пот", не считая бесчисленных
дринков, разносимых официантками с огромными бюстами в макси
декольте.
"Цезарь" абсолютно не соответствует добрынинскому описанию
казино. Никаких девочек, музыки, песен, вина... Многоярусная баржа в
малиновом карпете и многотонье сусальной позолоты, потрепанные
мощные матроны под слоем косметики, в коротеньких греческих туниках.
О жадности владельцев бизнеса можно судить по небывалому для казино
новшеству - за вход сдирают по шесть баксов. Не проиграть в таком
заведении невозможно. Осторожная жена ограничилась пятеркой, я
оставил в "Цезаре" полтинник.
Проезжаем Нью-Солсберри. При одном этом названии у жены к
горлу подкатывает сладкий комок. Каждый год в середине июня она
получает долгожданное извещение - приглашение с окрестной фермы
Brian's Bluberry: созрела первая черника! Праздник души и тела!
Заезжать на Brian's Bluberry сейчас нет смысла - до следующей
черники еще месяцев восемь.
Зато
можно полакомиться бизонятиной - мы едем на ферму Needmore Buffalo
Farm - кусок хорошего мяса мне ближе и понятней любой ягоды. С
детства Америка ассоциировалась с такими понятиями как "прерии",
"каньоны", "шерифы", "винчестеры", "лассо". "Бизон" был не последним
из числа американских символов. Правда, с освоением страны, от
символа остались почти рожки да ножки - громадное животное оказалось
бессильным перед лассо и винчестером. Экологи спохватились, и бизоны
возвратились на "историческую родину" уже не вольными сынами дубрав
и прерий, а в качестве заурядного домашнего скота.
Немолодая чета Нидморов ведет бизонье хозяйство около двух
десятков лет: кроме забот по выращиванию и воспроизводству
необычного скота у фермеров забот полон рот. При ферме есть
небольшая гостиничка, ресторанчик, магазин сувениров, экскурсионное
"бюро". На тракторном прицепе въезжаем в загон: стадо как стадо -
быки, коровы, телята - но мощные и грозные. Не дай Бог, мы им не
понравимся, от прицепа и от нас полетят щепки.
Заказываем гамбургер и бифштекс из бизона. Реклама рекламой,
но бизон - это не молодая телятина или свининка - мясо жесткое,
сухое и с кисловато-вяжущим привкусом. Впрочем, бизонятину охотно
заказывают рестораны и магазины, и хотя ее цена вдвое выше говяжьей,
спрос пока не иссякает. Но Нидморы оптимизма не испытывают: бизоны
не знают выходных и праздников, а вместе с ними их хозяева; бизнес,
хотя и прибыльный, но тяжелый, все приходится тянуть самим, дети не
хотят продолжать семейное дело, и ферму, скорее всего, придется
продать, а стадо пустить под нож.
От
Нью-Олбани до первой столицы штата Коридона идет цепь пещер. Вопрос
"на засыпку": где находится крупнейший в мире коралловый риф? Ответ:
не в Тасмании или на островах Фиджи, а в Индиане, под нами, где мы
сейчас проезжаем. Впрочем, ничего удивительного - здесь в Девонскую
эру находилось море.
Проезжаем местечко, в которое я никак не попаду - Siberia.
Ничем особым оно, вроде, не знаменито, но, с другой стороны, у меня
есть личные причины побывать там: сравнить российскую Сибирь с
американской. Как никак, я родом из того благословенного и
благодатного края. Где-то возле американской Сибири наши фанатики
обнаружили грибные леса, но точные координаты держат от своих же в
великом секрете, опасаясь конкуренции. Американцы смотрят на русских
грибников как на чокнутых или смертников.
После
игорного вертепа визит в Фердинанд как нельзя кстати. Городок славен
монастырем Непорочного Зачатия. В обители находится крупнейшая в США
община монашек-бенедектинок. У монастыря есть второе - светское -
имя: Замок на скале. И хотя монастырь построен в двадцатом столетии,
в его архитектуре явно чувствуется влияние средневековых образцов:
мощные стены, башенки типа бойниц, каменные уступы - лестницы. Мы
попали вовремя, только что закончилась служба, и сестра Тереза
любезно взяла на себя функции гида. Монашенки ордена не ограничивают
свое послушничество только религиозными обязанностями, а участвуют в
светской жизни городка: учительствуют, работают детскими нянями и
воспитателями, ухаживают за больными и престарелыми. Сестра Тереза
рассказала, что послушницы приезжают сюда со всего мира. Есть даже
три русские, но поговорить с ними сейчас нельзя - сестры проходят
подготовительный этап, связанный со многими ограничениями.
Великое видится на расстоянии. При жизни земляки не шибко
жаловали Авраама Линкольна - на президентских выборах от Кентукки он
получил около одного (!) процента голосов. Сейчас штат распирает от
гордости за национального героя, и его увековечивают, где и как
только можно. В Кентукки несколько музеев и заповедников, связанных
с его именем и его родителей. Над хижиной, в которой он родился,
возведен огромный мраморный пантеон в безвкусном псевдогреческом
стиле. У подножия лестницы зарабатывают на жизнь полдюжины
"линкольнов" с разной степенью сходства с оригиналом.
Сам
Линкольн прожил в Кентукки до семи лет, затем с родителями переехал
в Индиану. Неподалеку от Фердинанда они купили ферму, где Авраам
провел отроческие годы, что нисколько не мешает Индиане считать себя
"штатом Линкольна", а деревня, где он жил, ныне громко именуется
Lincoln City. На сельском погосте - могила матери президента, Нэнси
Хэнкс; в полумиле, в безлюдной глуши - опять же громадный пантеон.
На три-четыре пары посетителей несколько десятков человек
обслуживающего персонала. Сравнение кощунственное, но все же... На
память приходят бесчисленные мемориалы вождя мирового пролетариата -
везде, где когда-то ступала его нога. Хотя в этом нет личной вины ни
Линкольна, ни Ленина.
|
|
|
Санта-Клаус в Линкольн-Сити.
|
...Хотя, что там культ вождей по сравнению с еще одной
внеисторической личностью! Не верьте, что Дед Мороз живет в
Лапландии, его резиденция всего в пяти милях от Линкольн-Сити, в
городке Санта-Клаус, кстати, единственном в мире с таким названием.
Исторически юг Индианы заселили преимущественно немцы, и кому-то из
них в голову пришла счастливая мысль назвать местечко Санта-Клаусом.
До 1946 года в нем насчитывалось 64 души, сейчас аж 1200! Место
подстать названию - живописные холмы, леса, озера.
Официальные городские вывески для приезжего смотрятся
несерьезно: банк, страховая компания, торговый центр - и все имени
Санта-Клауса. Даже на фронтоне мэрии - та же надпись, сбоку к
бастиону власти прилепилось пожарное депо, а сверху - часы-башня с
перезвоном на тему Holy Night. В городке все подчинено
рождественской экзотике - елки, олени, сани, снеговики, гномы,
корзинки и чулки со сладостями - везде и всюду.
Но
главная приманка - почта. Чтобы послать рождественские поздравления
с красочным штемпелем в полконверта из самого Санта-Клауса, сюда
едут из ближних и дальних мест. В страдную пору штемпель выдается
всем желающим и стучи, пока есть силы.
В КРАЮ ЗАСТЫВШЕГО ВРЕМЕНИ
|
|
|
Во дворе у амишей.
|
Впервые амишей я увидел во время поездки на Ниагарский
водопад. Среди сотен зрителей выделялась группа странных людей.
Мужчины - от мала до велика - в одинаковых шляпах, подтяжках и
грубых башмаках; женщины - абсолютно без косметики, в чепцах и
одноцветных платьях прямого покроя, без малейшего намека на
вырез.
В
относительной близости от моего города - в Кентукки, Огайо и Индиане
- есть колонии амишей, но срабатывал синдром "буриданова осла":
хотелось во все сразу, не попадали ни в одну.
...Проскакиваем фермерские усадьбы, больше похожие на
поместья, и крошечные городки с неработающими светофорами. Холмы
незаметно переходят в поля, заросшие кукурузной стерней и утыканные
сигарами силосных башен. В паре миль от городка Монтгомери - amish
village. Деревня выглядит "потемкинской" - для реального села
чересчур аккуратной и вылизанной. Жилых домов не видно. Несколько
сувенирных магазинов и ресторан под готическими вывесками, гостиница
и миниатюрный "блошиный рынок" под тентом с тремя продавцами и двумя
собаками.
Коли
мы попали в гости к амишам, давайте уточним, кто они такие. В
средние века в Европе произошел великий религиозный раскол -
Реформация. Протестанты подвергли ревизии каноны и догмы
католицизма. Движение было неоднородным, и одной из его ветвей были
меннониты, проповедовавшие непротивление злу насилием, смирение и
нравственное самоусовершенствование. Из Швейцарии, Германии и
Голландии меннониты-амиши подались за океан, на сегодняшний день их
около ста тысяч. Самая крупная колония - в штате Огайо.
Амиши
занимаются исключительно крестьянским трудом, живут обособленными
сельскими коммунами. Для остального мира они интересны не столько
особенностями своего религиозного учения, сколько экзотичным
патриархальным укладом жизни.
Из
парадной деревни в настоящую ведет узкое асфальтированное шоссе -
главная сельская дорога длиной в десяток миль, а может, и более. От
нее по обе стороны ответвляются щебеночные однопутки, без номеров и
названий, как Бог на душу положит: могут сделать крюк, зигзаг, виток
или упереться в чью-то изгородь. Скорее, это не деревня, а скопище
хуторов, только, в отличие от прибалтийских, они теснятся ближе друг
к другу.
В
воздухе - густой запах навоза. Изредка амиши проезжают на двуколках,
приветливо машут руками. На обочине кукурузного поля остановились на
"перекур" двое колоритных бородатых мужчин в шляпах и подтяжках и
еще при огромных палевых тяжеловозах, запряженных цугом во что-то
смахивающее на броневик без башни и пулемета. Амиши легко вступают в
беседу, но по-девичьи смущенно отворачиваются от фотокамеры.
Повод
для следующей остановки вполне "легальный": амбар-магазин шорных
изделий, хотя мне нужно разве что для коровы седло. Из соседнего
дома выскакивает дюжина детишек, за ними женщина. Я открыл для себя
ключик-пароль. Уставшие от туристов амиши с детской
непосредственностью реагируют на слово "русский". Мы для них не
менее любопытны, у нас информационный бартер, и поэтому я уже не
чувствую угрызений совести при "вторжении" на очередной хутор.
По
команде матери ватага извлекает из машины мою чересчур щепетильную
жену, и нам устраивают экскурсию по усадьбе. Гордость хозяйства -
страусиная ферма. На ней 35 гигантских птиц, самка в год несет по
40-80 яиц, и каждое стоит по 45 долларов. Но и едят они тоже будь
здоров! Шарон, хозяйка, преподносит еще один сюрприз - показывает
свой дом. К машине нас провожают ребятишки, хозяйка и пес. Несмотря
на разницу в породах, амишские собаки беззлобны и добродушны. Скажи,
кто твой хозяин... В руках жены - подарок Шарон, пакет с амишскими
домашними конфетами.
Вырисовывается типичный "портрет" амишской усадьбы.
Центральное строение - хозяйский дом; поменьше - престарелых
родителей; хлевы, сараи, амбары, мастерские. Дополняют пейзаж
стоящие во дворе кареты, телеги и брички, развешенное для сушки
белье. Непременный атрибут - ветряк, с его помощью качают воду.
С
достижениями современной цивилизации у амишей причудливые отношения.
В домах нет телевизоров, компьютеров, холодильников - всего, что
работает от электроэнергии, но вполне терпимо относятся к газу,
бензину и керосину. В деревне нет телефонов, но любой может
позвонить с местной почты. Отсутствие радио восполняется чтением
газет. Амиши используют химические средства защиты растений и
удобрения, поэтому слухи об экологической чистоте их продуктов
несколько преувеличены.
Дома
обязательно с подвалами - в летнее время спят там. В жилых комнатах
- прекрасный паркет, современные санузлы, везде идеальная чистота.
Мебель сделана прадедами, но в прекрасном состоянии, помещения
отапливаются старинными печами, похожими на "буржуйки". В домах нет
картин, икон и семейных снимков, но в каждой прихожей - нечто вроде
алтаря с именами и датами рождений членов семьи.
Последний наш визит из серии "куда пустят" - и самый удачный
- в дом Кнеппов. У хозяина шесть дочерей, три сына, жена Берта,
швейцарские корни, немецкая фамилия и... русское имя Иван, о чем он
нас с гордостью известил. Из русской географии и истории герр Иван
знает Красную площадь, Хрущева, Горбачева и своего тезку Иоанна
Грозного.
Как и
во всей деревне, насчитывающей несколько тысяч душ, в семье Кнеппа
говорят по старонемецки, английский - для "внешних сношений". Аборты
не поощряются, поэтому семьи многодетные. Потолок образования -
восемь классов, и то в своей, а не государственной школе. По
отношению к государству амиши держат вежливый нейтралитет - в армии
не служат, даже в случае войны, и в выборах не участвуют.
...В
амбаре Кнеппов составляют столы, украшают венками стены -
послезавтра свадьба их дочери. Как таковой церкви у амишей нет, и
все обряды проводятся дома, включая свадьбы. Церемония состоится в
полдень, после нее - обед без алкоголя: амиши не пьют и не курят. У
жениха с невестой будет обычная воскресная одежда. Никаких медовых
месяцев, свадебных путешествий, фотографий. На мою очередную мольбу
о снимке невеста отвечает мягким отказом. Дети есть дети - охотно
позируют перед камерой, взрослые торопятся повернуться спиной.
С
Кнеппами мы, кажется, подружились. Иван и Берта приглашают нас
погостить на несколько дней. Один из сыновей Ивана запрягает лошадь
- для нас организована прогулка. Темнеет. Со стороны мы, наверное,
смотримся, как вечерний выезд графа Дракулы: черная лошадь, черная
карета, газовые фонари по бокам, безлюдная, пыльная дорога.
Днем
мы видели не одну заброшенную ферму с разрушенными дождями и ветрами
постройками. Часть молодежи покидает маленький патриархальный мирок,
пропахший навозом, сеном, медом и меняет на удобства и соблазны
большого мира. В исторической перспективе вряд ли амиши сохранятся -
как ни печально, в противостоянии "прогресса" и уникальности
последнее слово - за "общечеловеческой цивилизацией".
НА РОДИНЕ УТОПИИ
|
|
|
New
Harmony.
|
Все,
Индиана заканчивается. Только что мы побывали на самом большом в
штате водопаде и уникальных крытых мостах XIX века - по имеющейся у
меня информации таких мостов, кроме Кентукки и Индианы, нигде в мире
нет. Делаем небольшой крюк по сельской 68-й и миль через семь
въезжаем в городок с романтическим названием New Harmony (Новая
Гармония). За рекой Уобаш - штат Иллинойс.
...Никак не могу привыкнуть к американскому несоответствию
между количеством и качеством. По российским понятиям, населенный
пункт в 500-1000 жителей - село, деревня с одной немощеной улицей,
сельсоветом, школой, магазином и клубом. Американский "таун" с тем
же числом жителей - это уже город: с историческим центром,
десятком-другим асфальтированных улиц, парой отелей, двумя-тремя
музеями, церквями, закусочными и ресторанами. Не редкость -
аэродром, хотя бы на один самолет.
New
Harmony - из числа таких американских таунов на 900 жителей.
Наполовину это - историческая резервация. Конечно, по наплыву
туристов ему трудно тягаться с такими городами-заповедниками, как
колониальный Вильямсбург или флоридский Сан-Антонио, но у него есть
своя изюминка, отличающая от других городов-"побратимов". На этой
земле причудливо встретились два утопических учения: одно -
религиозное, второе - светское.
...Действительно, высокие понятия от частого употребления
стираются, но если пристальней вглядеться в историю Америки, она и
впрямь была "землей обетованной" не только для сирых и голодных, но
и притесняемых и гонимых. Америка привечала всех.
Одними
из таких гонимых были члены Общества Гармонии. В начале XIX века они
покинули Германию и обосновались в Пенсильвании, затем облюбовали
пойму реки Уобаш на границе Индианы и Иллинойса, где и купили 30
тыс. акров земли.
"Гармонисты" проповедовали простой образ жизни, коллективное
хозяйствование; главными приоритетами учения были гармония духа и
природы, наслаждение молитвой, поэзией, музыкой, цветами. На пустом
месте они построили 180 сооружений - основу будущего города, в
котором им, впрочем, не пришлось долго жить.
"Гармонистов", или "раппистов" (по имени их духовного пастыря
Георга Раппа) с берегов реки Уобаш выжили комары и вспышки малярии.
Через десять лет они продали городок со всеми строениями и землей не
менее интересному покупателю, а сами вернулись в Пенсильванию.
Спустя 75 лет ушел, из жизни последний член исповедовавшего
воздержание Общества.
...Имя
Роберта Оуэна каким-то чудом сохранилось у меня на задворках памяти.
Когда-то я встречал его на страницах учебников политэкономии,
истмата и научного коммунизма. По воле Ленина шотландский
предприниматель, ученый и социальный экспериментатор попал в
компанию предтечей самого верного учения в мире. Вот уж не гадал,
что спустя много лет встречусь вновь с социалистом-утопистом, и где,
на американском континенте!
В
Америке Роберт Оуэн приобрел место для своего социального проекта:
создать образцовое сообщество, свободное от пороков капитализма, с
доступным для всех образованием и социальным равенством, прообраз
будущего мирового устройства. На призыв Оуэна откликнулись самые
передовые умы того времени и приехали жить в Новую Гармонию -
Утопию.
В
исторической части города доминируют постройки "гармонистов" -
деревянные хижины с огромными очагами, крошечными оконцами,
пристройками-мастерскими и массивные каменные дома-общежития для
"братьев", желавших жить под одной крышей, кладбище без единого
могильного памятника. Материальный след утопистов скромней - дом
Оуэна, аптека, сакральный лабиринт... New Harmony к средине 19-го
столетия был центром прогрессивного образования, науки, архитектуры,
искусства, феминистского движения.
Сам
Оуэн недолго пробыл в Америке, но его дело продолжили сыновья. На
родине капиталист-социалист продолжил свои эксперименты, и хотя все
они не принесли желаемых результатов, ему надо отдать должное - он,
по сути, является прародителем современной кооперации и
тред-юнионов. При жизни Оуэн пользовался колоссальной популярностью
- с "предтечей марксизма" охотно встречались и вели беседы королева
Виктория, Великий князь Николай, президенты США и Мексики...
Ее
Величество История расставила свои акценты. С окончанием Гражданской
войны идея Утопии окончательно выдохлась, экономика тауна зачахла.
От окончательной гибели первый в мире социалистический город спас...
капитализм. Предприимчивые люди нашли в окрестностях Новой Гармонии
нефть, построили порт, организовали ландшафтный национальный парк,
открыли гостиницы и рестораны. Сегодня это - региональный центр
современной архитектуры и искусства, богемная Мекка Индианы.
Гордость городка - его парки и уникальная неконфессиональная
Roofless Church - сюда может придти помолиться любой человек,
независимо от религиозной принадлежности.
Новая
Гармония - это еще город без автомобилей и "Макдональдсов"; город
прекрасных парков, уютных галерей, цветочных магазинчиков; город на
900 жителей с собственным оперным (!) театром.
Мы
снова на 64-й, только East. Указатель на печально известный Terre
Haute - там недавно казнен Тимоти Маквей. От сумы и тюрьмы не
зарекайся, но в Terre Haute нас не тянет. Нас тянет домой, в
Кентукки.
Фотографии автора.
|
